Музей российской печати - указ

Указ императрицы Елизаветы Петровны

admin — Wed, 28 Dec 2011 13:10:46 +0000

**18 Марта, 1742 г. Сенатский. – О печатании Академии Наук Российских Ведомостей с апробации Сенатской Конторы.**

Действительный Тайный Советник, Генерал-Прокурор и Кавалер словесно предлагал, что в печатных в Санктпетербурге Российских Ведомостях Академии Наук являются напечатанные многие несправедливости, как и в печатных Февраля 26 дня сего года под № 17 напечатано, якобы того числа Ее Императорское Величество Действительного Тайного Советника Михайла Бестужева пожаловала кавалериею Святого Апостола Андрея, которого пожалования от Ее Императорского Величества не бывало, Правительствующий Сенат приказал Академии Наук в Сенат ответствовать, с чего оное в тех Ведомостях напечатано; а впредь той Академии Наук показанные Российские Ведомости печатать с апробации Сенатской Конторы, а без того отнюдь не печатать, дабы впредь таких же неисправностей не было, и по нескольку тех печатных Ведомостей присылать в Москву в Правительствующий Сенат.

Цит. по: Русская журналистика в документах.

История надзора. М. 2003. С. 27.

Tags:

история

указ

Указы императрицы Екатерины II

admin — Wed, 28 Dec 2011 12:56:36 +0000

Указ императрицы Екатерины II

8 Апреля 1780 г. Сенатский. – О печатании в издаваемых Академией Наук и Московским Университетом ведомостях одних узаковений, объявляемых во всенародное известие, или что особенно печатать в оных от правительства назначено будет.

Правительствующему Сенату Г. Обер-Прокурор Резанов предлагал, что в издаваемых в публику газетах припечатываются такие Правительствующего Сената указы, кои до сведения в народе не принадлежат, а единственно следуют ко исполнению одним Присутственным местам; почему не соизволит ли Правительствующий Сенат учинить о том какое-либо положение. Правительствующий Сенат приказали: Комиссии Академии Наук и Московскому Университету предписать, чтоб оные в издаваемых от них ведомостях, печатанием узаконений и указов удержались, кроме того, что объявится указами для всенародного сведения, или что особенно от Правительств в ведомостях печатать назначено будет.

Цит по: Русская журналистика в документах.

История надзора. М. 2003. С.50.

* * *

Указ императрицы Екатерины II

31 Мая 1780 г. Сенатский. – О надзоре за печатанием духовных книг в вольных типографиях и состоящих в ведомстве гражданских Присутственных мест и заведений.

Правительствующий Сенат слушали ведение Святейшего Правительствующего Синода, которым усмотрено, что в состоящих при разных светских командах и вольных типографиях печатаются и выходят в публику такие сочинения, кои заключают в себе Богословские рассуждения; а как по Духовному Регламенту 3 части 3 пунктом, так и по Именным, блаженные и вечно достойные памяти, Государыни Императрицы Екатерины Алексеевны, 1726 июля 15 (12), Государя Императора Петра Второго 1727 Октября 4 и Государыни Императрицы Елисаветы Петровны 1745 годов Марта 7 и Декабря 9 чисел, указам, церковные книги и Богословские письма печатать повелено не инако, как с апробации Святейшего Синода, и с рассмотрением, нет ли в оных погрешения, учению Православному противного, а без дозволения Святейшего Синода не только печатать, но и переводить наикрепчайше запрещено. Почему Святейший Правительствующий Синод, сообщая о сем, требует, чтоб всем тем местам, при коих имеются Типографии, также и вольным типографщикам, через кого надлежит учинить подтверждение, дабы все переведенные или сочиненные книги и письма, в которых упоминаются какие-либо Богословские, до веры закона Христианского принадлежащие до рассуждения, когда оные будут для печатания, прежде присылаемы были для рассмотрения и апробации из С.Петербургских Типографий в Святейший Синод, а из Московских в Синодальную Контору; без апробации же Святейший Синод или его Конторы печатать их, на основании вышеозначенных указов, строжайше запретить. Приказали: как по собранным в Сенат из всех тех Присутственных мест, в ведомстве коих состоят казенные Типографии, в 1775 году справкам видно, что при всех оных типографиях определенные смотрители, кои обязаны смотреть, чтоб в печатаемых книгах и прочих сочинениях ничего противного, а особливо закону, Правительству и благопристойности, не было; и для того, когда что до веры и Священного Писания касается, пересматривают духовные персоны, а в Московском Университете все таковые книги и сочинения, до веры и закона касающиеся, не инако печатаются, как с апробации Святейшего Синода и его Конторы; вольные же типографии заведены здесь в 1771 году: Гартунгова для печатания только на иностранных языках книг и прочего, а не на Российском, Вейтбрехтова и Шнорова в 1776 году хотя для печатания на всех языках книг, однакож на каком основании оное производить, даны привилегии, в коих именно постановлено: печатать книги и прочие сочинения, однакож такие, кои непредосудительны Православной Греческой церкви, ни Правительству, ниже добронравию; чего ради и велено им все то, что токмо в их Типографию к печатанию от кого принесено или самими или из чужих краев выписано будет, означить в их каталоге продающихся книг, а когда у нас напечатано будет, тогда означать, что печатано в вольной их Типографии, а дабы в печатаемых книгах ничего предосудительного вкрасться не могло, оное поручено тогдаж в особое надзирание в рассуждении духовных книг определенному от Святейшего Синода, а светских Академии Наук, разные ж объявления Главной Полиции; следовательно, за таковым постановлением и не было бы нужым вновь делать предписания, но как однакож Святейшим Синодом и за тем усмотрено, что в состоящих при разных светских командах и вольных типографиях печатаются и выходят в публику такие сочинения, кои заключают в себе Богословские рассуждения: и для того всем тем Присутственным местам, в ведомстве коих состоят Типографии и печатание книг, и смотрение за ними происходит, предписать, чтоб они в рассуждении смотрения за Типографиями поступали по прежним узаконениям, без всякой отмены, с таковым еще напоминанием, что ежели что противное откроется в печатаемых книгах, должны они сами собою ответствовать за оные.

Цит по: Русская журналистика в документах.

История надзора. М. 2003. С.50.

* * *

Указ императрицы Екатерины II

15 Января 1783. Именной, данный Сенату. – О позволении во всех городах и столицах заводить Типографии и печатать книги на Российском и Иностранных языках, с освидетельствованием оных от Управы Благочиния.

Всемилостивейше повелеваем Типографии для печатания книг не различать от прочих фабрик и рукоделий, и в следствие того позволяем, как в обеих Столицах Наших, так и во всех городах Империи Нашей, каждому по своей собственной воле заводить оные Типографии, не требуя ни от кого дозволения, а только давать знать о заведении таковом Управе Благочиния того города, где он ту Типографию иметь хочет. В сих Типографиях печатать книги на Российском и на иностранных языках, не исключая и Восточных, с наблюдением однакож, чтоб ничего в них противного законам Божьим и гражданским, или же к явным соблазнам клонящегося издаваемо не было; чего ради от Управы Благочиния отдаваемые в печать книги свидетельствовать, и ежели что в них противное сему Нашему предписанию явится, запрещать; а в случае самовольного напечатывания таковых соблазнительных книг, не только книги конфисковать, но и о виновных в подобном самовольном издании недозволенных книг сообщать, куда надлежит, дабы оные за преступление законно наказаны были.

Цит по: Русская журналистика в документах.

История надзора. М. 2003. С.52.

* * *

Указ императрицы Екатерины II

23 Декабря 1785 г. Именной, данный Главнокомандуещему в Москве, Графу Брюсу. – Об определении духовных особ вместе с светскими, для освидетельствования книг, выходящих из вольных типографий в Москве.

В рассуждении, что из типографии Новикова выходят многие странные книги, прикажите Губернскому Прокурору, сочиня роспись оным книгам, отослать оную с книгами вместе к Преосвященному Архиепископу Московскому; а его Преосвященство имеет особое от Нас повеление, как самого Новикова приказать испытать в законе нашем, так и книги его типографии освидетельствовать, и что окажется, нам донести и Синод Наш уведомить. Сверх того нужно есть, чтоб вы согласилися с Преосвященным Архиепископом об определении одного или двух из духовных особ, вместе с светскими, для освидетельствования книг, выходящих из Новиковой и других вольных типографий, где что-либо касается до веры, или дел духовных, и для наблюдения, чтоб таковые печатаны не были, в коих какие-либо колобродства, нелепые умствования и раскол скрываются.

Цит по: Русская журналистика в документах.

История надзора. М. 2003. С.54.

* * *

Указ императрицы Екатерины II

17 октября 1788 г. Указ П. Д. Еропкину.

Петр Дмитриевич!

Подтверждаем и теперь прежнее наше повеление, чтоб Университетская типография, по истечении срока, на содержание поручику Новикову не была отдана; о чем вы кураторам Московского университета объявите. Пребываем впрочем вам благосклонны.

Екатерина

Цит по: Русская журналистика в документах.

История надзора. М. 2003. С.60.

* * *

Указ императрицы Екатерины II

4 Сентября 1790 г. Именной, данный Сенату. – О наказании Коллежского Советника Радищева за издание книги, наполненной вредными умствованиями, оскорбительными и неистовыми выражениями против сана и власти Царской.

Коллежский Советник и ордена Св. Владимира Кавалер Александр Радищев оказался в преступлении противу присяги его и должности подданного, изданием книги, под названием: Путешествие из Петербурга в Москву, наполненной самыми вредными умствованиями, разрушающими покой общественный, умаляющими должное к властям уважение, стремящимися к тому, чтобы произвести в народе негодование против начальников и начальства и, наконец, оскорбительными и неистовыми изражениями против сана и власти Царской; учинив, сверх того, лживый поступок, прибавкою после цензуры многих листов в ту книгу, в собственной его типографии напечатанную, в чем и признался добровольно. За таковое его преступление осужден он Палатою Уголовных Дел Санктпетербургской Губернии, а потом и Сенатом Нашим, на основании Государственных узаконений, к смертной казни; и хотя, по роду столь важной вины заслуживает он сию казнь, по точной силе законов означенными местами ему приговоренную; но Мы, последуя правилам Нашим, чтобы соединить правосудие с милосердием, для всеобщей радости, которую верные подданные Наши разделяют с Нами в настоящее время, когда Всевышний увенчал Наши неусыпные труды в благо Империи, от Него Нам вверенной, вожделенным миром с Швецией, освобождаем его от лишения живота и повелеваем, вместо того, отобрать у него чины, знаки ордена Св. Владимира и дворянское достоинство, сослать его в Сибирь в Илимский острог на десятилетнее безысходное пребывание; имение же, буде у него есть, оставить в пользу детей его, которых отдать на попечение деда их.

Цит по: Русская журналистика в документах.

История надзора. М. 2003. С.61.

* * *

Указ императрицы Екатерины II

22 Октября 1796 г. Сенатский, вследствие Именного. – О составлении цензур в городах: Санктпетербурге, Москве, Риге, Одессе и при Радзивиловской Таможне из трех особ, одной духовной, одной гражданской и одной ученой, о сочинении штатов сим цензурам и о бытии оным в ведении 3-го Сената Департамента.

По Именному Ее Императорского Величества указу, данному Сенату прошедшего Сентебря в 16 день за собственноручным Ее Величества подписанием, Приказали: 1. Цензуру во всех назначенных в Высочайшем Именном указе местах, как то: в Санктпетербурге, в Москве, в Риге, в Одессе и при Таможне Радзивиловской составить в каждом месте из трех особ, из одной духовной, из одной гражданской и одной ученой; духовных особ избрать Синоду, гражданских Сенату, а ученых Академии Наук и Московскому Университету; и для сего снестись: 1) с Синодом, кого он из духовных особ назначит быть в котором из упомянутых мест, и с каким жалованьем; 2) с правящим должность Директора Академии Наук, Камер-Юнкером Бакуниным и с Куратором Московского Университета Г. Обер-Камергером и Кавалером Иваном Ивановичем Шуваловым, чтобы из ученых людей, находящихся при Академии Наук и при Московском Университете, избраны были для определения в Цензоры от Академии трое, для Цензур Санктпетербургской, Рижской и Одесской; от Университета двое, один в Москву, а другой при Таможне Радзивиловской; и кто назначены будут, Сенату представить, с присовокуплением мнения и о жалованье, какое им определить, что же касается до Цензоров гражданских, то для избрания их представить от Герольдии кандидатов. 2. По определении Цензоров, каждая цензура имеет сочинить себе штат, сколько потребно канцелярских служителей и на них и на канцелярские расходы денег, и оные штаты представить Сенату. 3. Типографии оставить только те: 1) которые находятся при Присутственных местах и при казенных училищах, также духовные в 6 пункте Высочайшего указа упоминаемые; 2) которые заведены частными людьми с особенного Высочайшего Ее Императорского Величества позволения; а прочие все упразднить. 4. Как Высочайшего Именного указа в 1 пункте повелено учредить в Столицах цензуры под ведением Сената; по указу же 1765 года Декабря 15 дня, дела по Академии Наук, по Университету, по Академии Художеств и по Медицинской Коллегии состоят в 3 Сената Департаменте, то и дела, до Цензур касающиеся, по учреждении их, должны вступать в тот Департамент. 5. Во исполнение 7 пункта Высочайшего Указа, учинить подтверждение Главному Директору Почт, Г. Обер-Гофмейстеру и Кавалеру Графу Александру Андреевичу Безбородку, дабы повеленное тем пунктом исполняемо было в точности, а по 8 пункту предписать Начальствующим над Губерниями, чтоб с их стороны все, в том пункте изображенное, непременно было выполняемо.

Цит по: Русская журналистика в документах.

История надзора. М. 2003. С.65.

Tags:

история

указ

Указ императрицы Елизаветы Петровны (об учреждении Московского Университета)

admin — Wed, 21 Dec 2011 12:48:59 +0000

24 января 1755. Именной.

Об учреждении Московского Университета и двух гимназий.

С приложением высочайше утвержденного проекта по сему предмету

Когда бессмертные славы в Бозе почивающий, любезнейший наш родитель и государь Петр Первый, император великий и обновитель отечества своего, погруженную во глубине невежеств и ослабевшую в силах Россию к познанию истинного благополучия роду человеческому приводил, какие и коликие во все время дражайшей своей жизни монаршеские в том труды полагал, не только Россия чувствует, но и большая часть света тому свидетель; и хотя во время жизни толь высокославного монарха, отца нашего и государя, всеполезнейшие его предприятии к совершенству и не достигли, но мы всевышнего благоволением, со вступления нашего на всероссийский престол, всечасное имеем попечение и труд, как о исполнении всех его славных предприятий, так и о произведении всего, что только к пользе и благополучию всего отечества служить может, чем уже действительно по многим материям все верноподданные матерними нашими милосердиями ныне пользуются, и впредь потомки пользоваться станут, что времена и действии повседневно доказывают. Сему, последуя, из наших истинных патриотов и зная довольно, что единственно наше желание и воля состоит в произведении народного благополучия к славе отечества, упражняясь в том, к совершенному нашему удовольствию прилежность свою и труд в общенародную пользу прилагали; но как всякое добро происходит от просвещенного разума, а напротив того, зло искореняется, то, следовательно, нужда необходимая о том стараться, чтоб способом пристойных наук возрастало в пространной нашей империи всякое полезное знание; чему подражая для общей отечеству славы, Сенат наш, и признав за весьма полезное к общенародному благополучию, всеподданнейше нам доносил, что действительный наш камергер и кавалер Шувалов поданным в Сенат доношением, с приложением проекта и штата о учреждении в Москве одного Университета и двух гимназий, следующее представлял: как наука везде нужна и полезна, и как способом той просвещенные народы превознесены и прославлены над живущими во тьме неведения людьми, в чем свидетельство видимое нашего века от Бога дарованного, к благополучию нашей империи родителя нашего государя императора Петра Великого доказывает, который божественным своим предприятием исполнение имел через науки, бессмертная его слава оставила в вечные времена, разум превосходящие дела, в толь краткое время перемена нравов и обычаев и невежеств, долгим временем утвержденных, строение градов и крепостей, учреждение армии, заведение флота, исправление необитаемых земель, установление водяных путей, все к пользе общего житья человеческого, и что наконец все блаженство жизни человеческой, в которой бесчисленные плоды всякого добра всечастно чувствам представляются; и что пространная наша империя установленною здесь дражайшим родителем нашим, государем Петром Великим, Санктпетербургскою Академиею, которую мы между многими благополучиями своих подданных милосердиями немалою суммою против прежнего к вящей пользе и к размножению и ободрению наук и художеств, всемилостивейше пожаловали, хотя оная со славою иностранною и с пользою здешнею плоды свои и производит, но одним оным ученым корпусом довольствоваться не может, в таком рассуждении, что за дальностию дворяне и разночинцы к приезду в Санктпетербург многие имеют препятствия, и хотя ж первые к надлежащему воспитанию и научению к службе нашей, кроме Академии, в Сухопутном и Морском кадетских корпусах в Инженерстве и Артиллерии открытый путь имеют, но для учения вышним наукам желающим дворянам, или тем, которые в вышеписанные места для каких-либо причин не записаны, и для генерального обучения разночинцам, упомянутый наш действительный камергер и кавалер Шувалов, о учреждении вышеобъявленного в Москве Университета для дворян и разночинцев, по примеру европейских университетов, где всякого звания люди свободно наукою пользуются, и двух гимназий, одну для дворян, другую для разночинцев, кроме крепостных людей, усердствуя нам и отечеству, о вышеупомянутом изъяснял для таковых обстоятельств, что установление оного Университета в Москве тем способнее будет: 1) великое число в ней живущих дворян и разночинцев; 2) положение оной среди Российского государства, куда из округ лежащих мест способно приехать можно; 3) содержание всякого не стоит многого иждивения; 4) почти всякий у себя имеет родственников или знакомых, где себя квартирою и пищею содержать может; 5) великое число в Москве у помещиков на дорогом содержании учителей, из которых большая часть не токмо учить науки не могут, но и сами к тому никакого начала не имеют, и только через то младые лета учеников и лучшее время к учению пропадает, а за учение оным бесполезно великая плата дается; все ж почти помещики имеют старание о воспитании детей своих, не щадя иные по бедности великой части своего имения и ласкаясь надеждою произвести из детей своих достойных людей в службу нашу, а иные, не имея знания в науках или по необходимости не сыскав лучших учителей, принимают таких, которые лакеями, парикмахерами и другими подобными ремеслами всю жизнь свою препровождали; и показывая он камергер и кавалер Шувалов, что такие в учениях недостатки реченным установлением исправлены будут, и желаемая польза надежно через скорое время плоды свои произведет, паче ж когда довольно будет национальных достойных людей в науках, которых требует пространная наша империя к разным изобретениям сокровенных в ней вещей, и ко исполнению начатых предприятиев и ко учреждению впредь по знатным российским городам российскими профессорами училищ, от которых и в отдаленном простом народе суеверие, расколы и тому подобные от невежества ереси истреблятся. Того ради мы, признавая упомянутого камергера и кавалера Шувалова представление, поданное нам через доклад от Сената, за весьма нужное и полезное нашей империи следующее к благополучию всего отечества, и которое впредь к немалой пользе общего добра быть может, всемилостивейше конфирмовали, и надеемся несомненно, что все наши верноподданные, видя толь многие наши об них матерния попечения, как и сие весьма потребное учреждение, простираться станут детей своих, пристойным образом воспитав, обучить и годными через то в службу нашу и в славу отечества представить; а чтоб сие вновь предпринятое дело добрый и скорый успех имело с надлежащим порядком, без малейшего потеряния времени; того для всемилостивейше мы повелели над оным Университетом и гимназиями быть двум кураторам, упомянутому изобретателю того полезного дела действительному нашему камергеру и кавалеру Шувалову и статскому действительному советнику Блюментроту, а под их ведением директором коллежскому советнику Алексею Аргамакову; а для содержания в оном Университете достойных профессоров и в гимназиях учителей, и для прочих надобностей, как ныне на первый случай, так и повсегодно, всемилостивейше мы определили довольную сумму денег, дабы ни в чем и никакого недостатка быть не могло, но тем более от времени до времени через прилежание определенных кураторов, которым сие толь важное дело от нас всемилостивейше вверено, и через искуснейших профессоров науки в нашей империи распространялись и в цветущее состояние приходили, чего мы к совершенному нашему удовольствию ожидать имеем; и для того всех находящихся в оном Университете высочайшею нашею протекциею обнадеживаем, а кои особливую прилежность и добропорядочные свои поступки окажут, те пред другими с отменными авантажами в службу определены будут; и об оном для всенародного известия сие наше всемилостивейшее соизволение публиковать повелели, о чем сим и публикуется. На каком же основании оному учрежденному в Москве Университету и гимназиям, и в них профессорам и учителям, и во скольких классах быть надлежит, о том публиковано будет впредь регламентом, со внесением в оный всего, что потребно для лучшего установления оного Университета и гимназии.

1755, января 12 высочайше утвержденный проект об учреждении

Московского Университета.

Доклад

Резолюция. Быть по сему. Кураторами быть камергеру Шувалову и Лаврентию Блюментросту, директором Алексею Аргамакову, а в дополнение штата дается воля кураторова.

Проект

1. На содержание сего Университета и при оном гимназии довольно десяти тысяч рублей в год.

2. 1) Весьма за нужно ко ободрению наук почитается, чтобы Ее Императорское Величество новоучреждаемый Университет в собственную свою высочайшую протекцию принять и одну или двух из знатнейших особ, как в других государствах обычай есть, кураторами Университета определить соизволила, которые бы весь корпус в своем смотрении имели и о случающихся его нуждах докладывали Ее Императорскому Величеству.

2) Чтоб сей корпус, кроме Правительствующего Сената, не подчинен был никакому иному присутственному месту и ни от кого бы иного повеления принимать не был обязан.

3) Чтоб как профессоры и учители, так и прочие, под университетскою протекциею состоящие, без ведома и позволения университетских кураторов и директора неповинны были ни перед каким иным судом стать, кроме университетского.

4) Чтобы все принадлежащие к Университету чины в собственных их домах свободны были от постоев и всяких полицейских тягостей, также и от вычетов из жалованья и всяких других сборов.

3. Притом надлежит быть особому директору, которой бы по предписуемой ему инструкции о благосостоянии Университета старался и его доходами правил с профессорами науки в Университете и учение в гимназии учреждал со всеми присутственными местами по делам, касающимся до университета, переписку имел и о всем вышеписанном кураторам представлял и их апробации требовал.

4. Хотя во всяком университете, кроме философских наук и юриспруденции, должны такожде предлагаемы быть богословские знания, однако попечение о богословии справедливо оставляется святейшему Синоду.

5. Профессоров в Университете будет в трех факультетах десять.

В юридическом:

1. Профессор всей юриспруденции, который учить должен натуральные и народные права и узаконения Римской древней и новой империи.

2. Профессор юриспруденции российской, который сверх вышеписанных должен знать и обучать особливо внутренние государственные права.

3. Профессор политики, которой должен показывать взаимные поведения, союзы и поступки государств и государей между собою, как были в прошедшие века и как состоят в нынешнее время.

В медицинском:

1. Доктор и профессор химии должен обучать химии физической, особливо и аптекарской.

2. Доктор и профессор натуральной истории должен на лекциях показывать разные роды минералов, трав и животных.

3. Доктор и профессор анатомии обучать должен и показывать практикою строение тела человеческого на анатомическом театре и приучать студентов в медицинской практике.

В философском:

1. Профессор философии обучать должен логике, метафизике и нравоучению.

2. Профессор физики обучать должен физике экспериментальной и теоретической.

3. Профессор красноречия для обучения оратории и стихотворства.

4. Профессор истории для показания истории универсальной и российской, также древности и геральдики.

6. Каждый профессор должен по крайней мере два часа в день, выключая воскресные и в табели предписанные праздничные дни, также и субботу, в университетском доме публично и не требуя за то от слушателей особливой платы, о своей науке лекции давать, кроме того, вольно ему за умеренную плату кого хочет приватно обучать, только чтобы от того в публичных его лекциях никакой остановки и препятствия не происходило.

7. Всем профессорам иметь по однажды в неделю, а именно по субботам до полудня, при присутствии директора собрания, в которых советовать и рассуждать о всяких распорядках и учреждениях, касающихся до наук и до лучшего оных произвождения, и тогда каждому профессору представлять директору обо всем, что он по своей профессии усмотрит за необходимо нужное и требующее поправления; в тех же общих собраниях решить все дела, касающиеся до студентов, и определять им штрафы, ежели кто приличится в каких-либо предерзостях и непорядках.

8. Ни кто из профессоров не должен по своей воле выбрать себе систему или автора и по оной науку свою слушателям предлагать, но каждый повинен последовать тому порядку и тем авторам, которые ему профессорским собранием и от кураторов предписаны будут.

9. Все публичные лекции должны предлагаемы быть либо на латинском, либо на русском языке, смотря как по приличеству материй, так и по тому, иностранный ли будет профессор или природный русский.

10. Всякий профессор должен курс своей науки так расположить, чтобы через каждые полгода, то есть от одной ваканции до другой, часть оные, а через год весь курс окончать мог.

11. О предлагаемых в каждую половину года новых лекциях объявлять выставленным в университетском доме листом или каталогом лекции.

12. Большим ваканциям в Университете быть два раза в году, а именно: зимою от 18 декабря по 6 января, а летом от 10 июня по 1 число июля.

13. При окончании каждого месяца выбрать день субботний, в который профессорам, согласясь между собою, заставлять студентов приватно диспутоваться и задавать им для того тезисы, которые за три дня наперед прибивать к дверям большой аудитории, дабы желающие то предприять заблаговременно приготовить могли.

14. Перед наступлением каждой ваканции иметь публичные диспуты, приглася ко оным всех любителей наук; притом одному из студентов до начатия диспутов говорить краткую латинскую, а другому по окончании оных на русском языке речь, выбрав к тому удобную материю.

15. И дабы не оставить ничего, что бы могло молодых людей поощрить к наукам, то по однажды в году, а именно: апреля, раздавать им публичные награждения, которые состоять могут в небольшой золотой или серебряной медали с изображением Ее Императорского Величества к наукам милосердия, которой приличную идею по становлении сделать.

16. Таких медалей раздать в каждый раз до осьми, и притом поступать следующим порядком: директор, выбрав две из представленных ему от профессоров задач, должен оные 1 марта каждого года задать всем учащимся в университете студентам, выставленным листом, и требовать, чтобы желающие себе определенного награждения подавали ему свои сочинения на латинском или на русском языке не позже 1 числа апреля.

17. Из оных поданных сочинений директор обще с профессорами должен выбрать восемь достойнейших, из которых половина может быть на латинском, а другая на русском языке, и назначить им награждение.

18. Потом пригласить к положенному дню всех пребывающих в Москве знатных персон и охотников до наук в Университет, где в большой аудитории помянутые награждении публично раздаваны быть имеют; там один из профессоров, представя с достойными похвалами высокоматернее попечение Ее Императорского Величества о благополучии ее подданных вообще и особливо неизреченные щедроты к сему Университету, учащемуся в нем российскому юношеству, должен объявить поименно тех, которые по предложенным задачам удостоены от всего Университета награждения.

19. После сего каждый из них должен принять от профессора свое сочинение, прочитать оное публично, и тогда один из господ кураторов, а в не бытность их директор, вручает ему медаль, с таким объявлением, что Ее Императорское Величество, всемилостивейшая государыня жалует его сею медалию в знак высочайшего своего удовольствия о его прилежании и добрых успехах в науках.

20. На всех медалях вырезать прежде в низу в оставленном для того месте имена тех, кому оные даны будут.

21. Которые студенты в Университете науки свои порядочно окончали и через свое искусство и прилежание заслужили себе порядочные награждения, а при том в своих поступках всегда были добропорядочны, оным давать от Университета аттестаты за подписанием директора и всех профессоров, по которым аттестатам определять желающих в гражданскую службу по приличеству их природы и знания, и делать им протекцию ко ободрению прочих учащихся.

22. Каждый студент должен три года учиться в Университете, в которое время все предлагаемые во оном науки или по крайней мере те, которые могут ему служить к будущим его намерениям, способно окончать может, а прежде того сроку никого против его воли и желания от наук не отлучать и к службе не принуждать; сверх того не соизволено ль будет содержать студентов 20 человек записных на жалованье, чтобы из них в гимназию определять и в нижние классы учителями.

23. Всяк желающий в университете вышним наукам учиться, должен явиться у директора, которой прикажет профессорам его экзаменовать, и ежели явится способен к слушанию профессорских лекций, то записав его в число университетских студентов и показав ему порядок учения, приличный его склонности и будущему состоянию, отослать при письменном виде к тем профессорам, у кого какие лекции слушать имеет; и во ободрение позволено ль будет иметь шпагу, как и в прочих местах водится.

24. Учащиеся в Университете студенты не должны ни в каком другом суде ведомы быть, кроме университетского, и ежели приличатся в каких-либо непорядочных поступках, то не касаясь до них никаким образом, приводить их немедленно в университетский дом, и директор, который смотря по вине, учинит им надлежащий штраф или отошлет к тому суду, до которого такие дела принадлежат.

25. Каким образом студенты, будучи в Университете и под дирекциею оного, поступать должны, о том предписать им так, как во всех прочих университетах нарочные законы, которые напечатать, и при принятии в университет дав каждому студенту по одному экземпляру тех законов, велеть ему под теми ж законами в университетской книге имя свое и послушное по оным исполнение своеручно подписать; ежели кто после противно оным законам поступит, тот невзирая ни на какое лицо и кто б он ни был, по данной университетскому корпусу власти штрафован быть имеет.

26. Понеже науки не терпят принуждения и между благороднейшими упражнениями человеческими справедливо счисляются, того ради как в Университет, так и в гимназию не принимать никаких крепостных и помещиковых людей; однако ежели который дворянин, имея у себя крепостного человека сына, в котором усмотрит особливую остроту, пожелает его обучить свободным наукам, оный должен наперед того молодого человека объявить вольным и, отказавшись от сего права и власти, которую он прежде над ним имел, дать ему уволительное письмо за своею рукою и за приписанием свидетелей, при том же повинен он за себя и за наследников своих обязаться давать оному ученику пристойное содержание, доколе он при Университете счисляться будет, и до совершенного окончания наук ни под каким видом его не отлучать.

27. При допущении в Университет и в гимназию такого студента или ученика принять от него и хранить в университете данное ему от бывшего его господина письменное увольнение, и когда он науки свои порядочно окончает и от Университета с аттестатом отпущен будет для определения в службу государеву или на вольное пропитание, тогда вручить ему паки помянутое письмо прежнего его господина и дать волю, чтобы никаким образом никто его в холопство привести не мог; ежели же имев волю и пользуясь одним тем, будет в худых поступках, то такого выписать вон и отдать как его, так и увольнительное письмо его помещику.

28. Всяк желающий в Университете слушать профессорских лекций должен наперед научиться языкам и первым основаниям наук, но понеже в Москве таких порядочно учрежденных вольных школ не находится, где бы молодые люди к вышним наукам надлежащим образом приготовлены и способными учинены быть могли, того ради Ее Императорское Величество всемилостивейше не соизволит ли указать, чтобы при Московском университете и под его ведомством учредить две гимназии, одну для дворян, а другую для разночинцев, кроме крепостных людей.

29. В обеих гимназиях учредить по четыре школы, в каждой по три класса.

Первая школа Российская: в ней обучать в нижнем классе грамматике и чистоте стиля, в среднем стихотворства, в вышнем оратории.

Вторая школа Латинская: в ней обучать в нижнем классе первые основания латинского языка, вокабулы и разговоры, в среднем толковать нетрудных латинских авторов и обучать переводам с латинского на российский и с российского на латинский язык, в верхнем толковать высоких авторов и обучать сочинениям в прозе и в стихах.

Третья школа первых оснований наук: в нижнем классе обучать арифметике, в среднем геометрии и географии, в вышнем сокращенную философию.

Четвертая школа знатнейших европейских языков. В двух нижних классах обучать первые основания и разговоры с вокабулами немецкого и французского языков; в двух верхних классах обучать чистоте стиля помянутых языков.

30. Которые ученики учение свое порядочно окончали и при публичном экзамене, чинимом в конце каждого года, явились достаточными, таковых производить в Университет к слушанию профессорских лекций.

31. Которые родители не похотят детей своих обучать латинскому языку и вышним наукам, а намерены их определить в купечество, к художествам, или в военную службу, оные должны о том наперед объявить, дабы по тому учение их расположить было можно.

32. Желающие либо одному французскому, либо немецкому языку учиться, должны тотчас к тем учителям определены быть; причем сверх тех языков, по чинимому от инспектора гимназии расположению, могут они такожде учиться арифметике, геометрии, истории и географии.

33. Инспектором над гимназиею быть одному из профессоров в Университете, которому как учители, так и учащиеся должны являть всякое почтение и послушание и по его повелениям и распорядкам, чинимым с апробациею директора, непременно исполнять.

34. В каждой половине года инспектор при присутствии прочих профессоров должен экзаменовать каждый класс, и которые в том классе уже довольные успехи показали, переводить в вышние классы, а оттуда при публичном экзамене производить в студенты.

35. Во оном публичном экзамене, которой имеет быть при окончании года, присутствовать директору самому с университетскими профессорами, и которые ученики особливо явятся прилежны и понятны, оным директор волен, по своему благорассуждению, на 15 или на 20 рублей всяких полезных книг в награждение раздать, дабы через то как их самих, так и прочих поощрить к прилежнейшему продолжению их учения.

36. Всякий родитель, желающий отдать сына своего для обучения в гимназию, должен его представить директору и объявя о намерении, какое имеет он при обучении того своего сына, почему директор прикажет инспектору гимназии экзаменовать оного ученика и по его знанию определить в надлежащий класс.

37. Никакой ученик в гимназии, так и никакой студент в Университете не должен собою отставать от учения, не уведомя о том письменно директора Университета и инспектора гимназии и не учиня должного благодарения тем профессорам и учителям, у кого обучался; ежели кто, пропустя целый месяц, того не учинит и о себе знать не даст, такого почитать яко беглого.

38. При окончании каждого месяца должны учители в гимназии о успехах, прилежании, поступках и штрафах учащихся в их классах подавать рапорты инспектору, который, сочиня из того генеральный рапорт о состоянии гимназии, должен оной представить директору, а директор кураторам.

39. Для различения дворян от разночинцев учиться им в разных гимназиях; а как уже выдут из гимназии и будут студентами, у вышних наук таким быть вместе как дворянам и разночинцам, чтобы тем более дать поощрения к прилежному учению.

40. Учителям гимназии предписано быть имеет в особливой же инструкции, как всем вообще и каждому особливо в его должности поступать, и оную инструкцию в непременном исполнении каждому подписать.

41. Быть при Университете приставу, которого должность состоит в том: 1) чтобы с приданными ему сторожами содержать университетский дом и аудиторию в надлежащей чистоте; 2) иметь ему роспись всем студентам и где кто жительство имеет, дабы в потребном случае каждого сыскать мог; 3) рапортовать по всякое утро директора о том, что за день перед тем в Университете происходило.

42. Всем профессорам, учителям и прочим университетским служителям иметь жительство свое в близости от университетского дому и гимназии, дабы в прохаживании туда и назад напрасно время не теряли.

43. Каким именно чинам и служителям при Университете и гимназии быть надлежит и какое каждому жалованье определить можно, тому приложен при сем штат, с показанием прочих потребных расходов.

44. Ежели Ее Императорское Величество всемилостивейшая государыня сей проект за благо принять соизволит, то надлежащие к пополнению оного статьи и инструкции для профессоров и учителей и законы для студентов в Университете и для учеников в гимназии немедленно сочинены быть могут.

45. Со временем, как Университет размножится, то не сомневаюсь, что Правительствующий Сенат соблаговолит установить другие полезные учреждения, от которых доходы казну Ее Величества заменить могут.

Також за нужное почитается, чтобы обучать греческому языку. Ориентальские языки могут також быть учены со временем, когда будут довольны университетские доходы и сысканы достойные к тому учители.

Русская журналистика в документах. История надзора.

– М., 2003. – С. 35–45

Tags:

история

указ